Главный редакторРедколлегияКонтактыДневник главного редактораХроникаСвежий номерАнтологияНаши интервьюСерия "Библиотека журнала "Футурум АРТ"СпонсорыАвангардные событияАрьергардные событияАрхивО нас пишутМультимедиа-галереяБиблиотека журналаКниги, присланные в редакциюМагазинЛауреаты "Футурума"Гостевая книгаАвангардные сайтыПодписка и распространениеСтраница памяти

Новости арьергардных событий культурной жизни

   
15.07.2015

ОПЯТЬ О ЖУРНАЛЕ «ЗАРУБЕЖНЫЕ ЗАПИСКИ»


Д. Чкония пишет в ФБ:
«Ну сколько раз твердили миру! Уже вполне публично два года назад я сообщил, что не имею никакого отношения к журналу "Зарубежные записки"! Последний номер, который я готовил к публикации, надеясь на возрождение журнала, был двадцать первый (21). Начиная с момента выпуска книги 22, хотя в ней и были опубликованы некоторые материалы, подготовленные и мной, я выразил своё полное несогласие с редакционно-издательскими принципами г-на Степанова, нарушающими все наши договорённости о том, что журнал сохраняет своё лицо! Не вижу смысла вдаваться в подробности, но я категорически против превращения "толстого" европейского журнала "Зарубежные записки" - со всей его структурой, сложившейся репутацией, кругом замечательных авторов - в российский журнал, по сути дублирующий такие издания г-на Степанова, как "Дети Ра", - журнал, имеющий свою нишу, вполне, на мой взгляд, достойную. Но "Зарубежные записки" - ДРУГОЙ журнал, теперь потерявший своё лицо. К тому же - превращённый в сетевой журнал. Мне задают вопросы, некоторые опубликованные и вполне уважаемые авторы вдруг благодарят за публикацию их материалов, публикацию, к которой я не имею никакого отношения. И всё потому, что в выходных данных журнала "Зарубежные записки" я, оказывается, всё ещё числюсь в соредакторах издания. Ни к успехам этого издания, если таковые имеются, ни к последнему месту по результатам опросов за 2014 год год на сайте "Мегалит" я отношения не имею! Зачем нужно использовать моё имя, я не понимаю! Не уверен, что такие члены редколлегии, как Борис Хазанов, Людмила Агеева, некоторые другие, знают, что их по-прежнему представляют в выходных данных, при том, что они в редакционной работе давно никакого участия не принимают!»

Отвечаю на пост Д. Чкония.
1. Никаких договоренностей я не нарушал. Никогда. Взвалил по инициативе и настойчивой просьбе г-на Чкония этот журнал на себя и выпускаю. Что обещал, то и сделал. И делаю.
2. Журнал «Зарубежные записки» — не только сетевой. Номера продаются через магазин www.litlavka.ru (а также еще в 10 интернет-магазинах) не только в мягком, но и в твердом переплете. Любой желающий может купить.
3. О рейтинге «Мегалита». По итогам 2014 года журнал «Зарубежные записки», по рейтингу «Мегалита», далеко не на последнем месте. Журнал «Зарубежные записки» опередил такие известные и авторитетные издания, как, например, «Слово/Word», «День поэзии», «Журнал Поэтов», «Бельские просторы» и многие другие.
4. В выходных данных в печатных выпусках, на сайте журнала «Зарубежные записки» и на портале «Читальный зал» Д. Чкония как соредактор более не значится.
Желаю г-ну Чкония хорошего здоровья и благополучия! И по-прежнему буду рад сотрудничеству с ним.

Евгений СТЕПАНОВ





19.08.2008

ИЗВИНЕНИЯ "СИБИРСКИХ ОГНЕЙ"


В ответ на открытое письмо Евгения Степанова главному редактору журнала "Сибирские огни" Владимиру Берязеву пришел ответ.
В номере 8 "Сибирских огней" критик Владимир Титов пишет: "В связи с тем, что на адрес редакции журнала пришло письмо от г-на Евгения Степанова, главного редактора журнала “Дети Ра”, в котором говорится, в частности, что мои высказывания в адрес вышеозначенного издания (в “Библиографии” предыдущего номера “Сибирских огней”) оскорбляют честь и достоинство его авторов, я приношу свои извинения лично г-ну Степанову и всем оскорбившимся авторам".

Владимир ТИТОВ





01.08.2008

Открытое письмо Главному редактору журнала "Сибирские огни"

Главному редактору журнала "Сибирские огни"
г-ну В. А. Берязеву
Уважаемый Владимир Алексеевич!

В № 7 за 2008 год журнала "Сибирские огни" опубликованы заметки Владимира Титова, которые оскорбляют честь и достоинство авторов журнала "Дети Ра". Творчество наших авторов г-н Титов по непонятным причинам называет мерзостью. Я благодарю Вас за дополнительную рекламу нашему скромному изданию, однако, полагаю, что использование подобной "терминологии" недопустимо при литературных обзорах.
Заверяю Вас, что если г-н Титов не принесет публичных извинений, мы будем вынуждены подать в суд на Ваше издание и на г-на Титова. О размере моральной компенсации мы Вам сообщим позднее.
Желаю Вам всего хорошего.

Главный редактор журнала "Дети Ра"
Евгений Степанов
1.09.2008





11.01.2005
Александр Очеретянский

НЕОБХОДИМОЕ УВЕДОМЛЕНИЕ

Смешанная техника, присутствовавшая в "Черновике" в качестве рубрики с 3-го выпуска (1990), заявленная в 12-м выпуске (1996), развернутая в 15-м (2000), получившая продолжение в последующих выпусках (в настоящее время идет работа над доводкой 20-го выпуска), получила, не могла не получить продолжения (читай: развития) в других периодических изданиях. Как и всякое стоящее явление, ее не могли не заметить и те, кого принято называть "эпигонами", да и просто копировальщиками, понятия не имеющими, что это такое и с чем сие едят.
Характерным примером является помещение редактором журнала "Футурум Арт" и "Дети Ра" Евгением Степановым под шапкой "смештехи" текстов Елены Сазиной, являющихся не более чем стихами в прозе, о чем редактор в силу своей некомпетентности попросту не имеет представления.
Мне бы не хотелось, чтобы те, кто так или иначе обращается к "смешанной технике", получили неверное представление о том, с чем в "Черновике" можно ознакомиться по первоисточнику.
Занимался бы главный редактор означенных изданий помещением материалов, проходящих по ведомству прозы и поэзии, и не касался вопросов, остающихся вне его компетенции, — не было бы возникающих проблем, о которых говорить в высшей степени неприятно, однако — необходимо. Профанация, равно как и дезориентация, во все времена — была и остается главным бичом положения вещей в литературе.
Смешанную технику дискредитировать нельзя, пытающийся заниматься подобными акциями дискредитирует себя и не более того. Увы, недостаточно подготовленный читатель может быть введен в заблуждение.
О нем и только о нем — речь.
С уважением,
идеолог смешанной техники,
редактор альманаха "Черновик"
Александр Очеретянский


От редакции ("Вавилона". — Е. С.)

Поскольку "Литературный дневник" взял на себя обязательство предоставлять профессиональным литераторам свободную трибуну — вполне естественно, что заявление Александра Очеретянского мы не могли не опубликовать. При этом нам кажется, что справедливо оно лишь отчасти. Авторский термин Очеретянского "смешанная техника" никогда не был определен с академической точностью и допускает, по-видимому, достаточно широкое толкование (о чем мне неоднократно приходилось говорить в дискуссиях с участием самого Очеретянского: см., например, здесь и здесь). В частности, тексты Елены Сазиной, видимо, понимаемые их публикатором Евгением Степановым как "смешанная техника" на том основании, что в них "смешана" поэзия и проза (что само по себе неверно), не отличаются кардинально от ее же текста, опубликованного самим Очеретянским в 15-ом выпуске "Черновика", уже позиционированном как посвященный исключительно "смешанной технике": рубрика "Опыты не в стихах", под которой этот текст был помещен, подразумевала, насколько можно понять, именно ту или иную форму пограничности текста между стихом и прозой (хотя понимание этой пограничности Очеретянским, по-видимому, далеко отстоит от современных научных дискуссий по этому поводу).
Что же тогда кажется нам справедливым в выступлении Александра Очеретянского? Да то, что авторское право на применение выражения "смешанная техника" к литературным или окололитературным произведениям и, тем самым, право решать, относится или не относится то или иное явление к этой "смешанной технике", принадлежит ему. Вводя этот термин, Александр Очеретянский выступал не как ученый, беспристрастно анализирующий нечто для него чуждое и постороннее, а как активный участник литературного процесса, формирующий в нем некоторую специфическую нишу и определяющий действующие в этой нише правила игры. В этом смысле необходимым и достаточным определением понятия "смешанная техника" является следующее: "Смешанная техника — это тексты (принадлежащие к современной русской литературе или располагающиеся вблизи ее границ), опубликованные в этом качестве Александром Очеретянским в альманахе "Черновик"". Никто другой, по крупному счету, не правомочен квалифицировать те или иные тексты как "смешанную технику". С этой точки зрения жест Евгения Степанова не выглядит оправданным — как любое вторжение на чужую территорию со своим уставом.


* * *

Прочитал на моем любимом сайте www.vavilon.ru милую и гневную филиппику в свой адрес от Александра Очеретянского и в очередной раз удивился поразительной дремучести этого горе-редактора.

Он столько лет издает свой журнал, а до сих пор не знает: что есть такое понятие — авторское право.

Поясню. Тексты талантливейшей Елены Сазиной поступили ко мне под названием (а не под "шапкой") Смештехи 2000 — 2004 гг. Что я получил, то и опубликовал. С какой стати я должен подвергать сомнению представление талантливой поэтессы о жанре?! Почему я должен менять название ее подборки? Кстати, само словосочетание "Смешанная техника" в упоминаемых Очеретянским номерах моих журналов не упоминается вовсе (это я уже пишу и невнимательному автору комментария к реплике редактора "Черновика"). Стихи Сазиной в обоих изданиях помещены в разделе "Поэзия". Согласитесь, название подборки и рубрики — это разные вещи.

Еще один момент. Прислал мне смештехи Елены Сазиной постоянный автор "Черновика" Сергей Бирюков. Он тоже не имеет представления?!.

Очеретянский пишет: "Занимался бы главный редактор (т.е. я. — Е.С.) означенных изданий помещением материалов, проходящих по ведомству прозы и поэзии, и не касался вопросов, остающихся вне его компетенции".

Что ж, если разговор перешел на личности, отвечу:

Любезный Александр! Занимались бы Вы своим профессиональным делом, за которое Вам платят деньги, — уборкой офисов, а не давали бы советы выпускнику аспирантуры МГУ.

Далее. Очеретянский пишет про смештехи Сазиной, что они являются — цитирую! — "не более чем стихами в прозе, о чем редактор в силу своей некомпетентности попросту не имеет представления". Действительно, о том, что высокая поэзия Елены Сазиной не более чем стихи в прозе, я представления не имею. По-моему, это настоящая поэзия, к прозе не имеющая отношения.

Теперь по существу. Очеретянский называет себя идеологом смешанной техники. Само слово "идеолог" попахивает, по-моему, Третьим Рейхом или кабинетами ЦК (последние я немного знал). Так что возможно, Очеретянский и идеолог. Что же касается статей о смешанной технике, то их я читал множество, например, таких серьезных и основательных авторов, как Сергей Бирюков, Данила Давыдов, Наталья Фатеева...

Статьи же Александра Очеретянского на эту тему грешат, на мой взгляд, тенденциозностью и "притянутостью за уши". Например, мне трудно причислить Александра Пушкина к зачинателям "смешанной техники", как это делает Очеретянский (см. "Черновик", № 18, 2003, с. 45). Но, видимо, редактор "Черновика" где-то слышал, что "Пушкин — это наше все", вот и решил и развить давний дискурс.

В любом случае, сам термин "смешанная техника" — изобретение далеко не Очеретянского, это старинный искусствоведческий термин. Чтобы убедиться в этом, достаточно открыть любой солидный художественный альбом или хотя бы один раз сходить в картинную галерею...

Что же касается соединения в едином пространстве разных жанров, то уже на древнеегипетских папирусах, которым четыре тысячи лет (!), можно увидеть одновременно тексты и рисунки... Так что ничто не ново в этом худшем из миров.

Не стоило бы, конечно, и вступать в полемику с безграмотным идеологом из Нью-Джерси, обожающим поучать других, если бы не одно обстоятельство. Дело в том, что вред, который приносит Очеретянский авангардной литературе, да и той же "смешанной технике", к сожалению, огромен. Очеретянский дискредитирует само понимание поэзии, критерии литературного профессионализма. Печатая стихи с пририсованными к ним дилетантскими (как правило) рисуночками, г-н редактор дает понять: вот это и есть поэзия. Планка снижается. И уже каждая кухарка (уборщица) убеждена: и я могу, и я! Но поэзия — это не рисуночки и не стеб, и не дилетантство. Одного желания быть поэтом и художником мало. Желательно еще иметь талант и образование.

Евгений СТЕПАНОВ




07.12.2004
КУЗЬМИНСКИЙ — СТУКАЧ КГБ

Кузьминский шлет на мой адрес трогательные письма.

* * *

НАБЬЮ ЕБАЛО…
ИЛИ ПРИШЛЮ КИЛЛЕРОВ С ЯМАЙКИ

КККУЗЬМИНСКИЙ-МАХНО

* * *

забздишь, сука помоечная?

* * *

убью суку, подонка
ККК

* * *

ПРЕССА ИЗВЕЩАЕТ:

"Так, недавно журнал Евгения Степанова Дети Ра" в Москве полностью опубликовал обширную поэму зубра российского и американского андеграунда Константина Кузьминского, а затем посвятил почти целый номер заокеанским соотечественникам."
(Сергей БИРЮКОВ, “Как это делается в Америке (об издании поэзии, в том числе русской)". Газета "Русская мысль", № 41, 11—17 ноября 2004 г. ).

"Евгений Степанов. "PR" в современной русской литературе. "Футурум АРТ", 2004, № 2 (6).
"Один из лучших пиарщиков — житель США, уроженец Санкт-Петербурга Константин Кузьминский".
См. также двухтомное сочинение Константина К. Кузьминского "Поэма "Ада", или Девочка из Днепропетровска" (1993) с предисловием Евгения Степанова в новом литературном журнале "Дети Ра" (2004, № 1, 2). Ра в данном случае — это Волга, в первом номере журнала большая подборка саратовцев.
О К. Кузьминском см. мемуар Владимира Алейникова "Ленинградская богема"." ("Литературная Россия", 2004, № 12, 13 ).
(Андрей Василевский, Журнал "Новый мир", № 9, 2004)

… опубликовано 10%, выборочно-кошерного, из двух томов по 300–400 стр., с многими сотнями иллюстраций…
БЕЗ договоренности с автором, без уведомления его о публикации, на основании письменной доверенности 1992 года (ТРИЖДЫ отмененной, в письменном же виде)…
Автор видел шматки поэмы в двух номерах, присланных не ему, а его знакомому, А. Даену…

Поскольку на суды денег и времени нет остается бить ебало (письменно и физически).
(1 декабря 2004)

А вот из письма Валерию Мишину. Текст того же Кузьминского.
Он пишет: "киллеров пришлю (если объявятся мои ямайские армяне)
он уже, ссылаясь на доверенность 1992 (ТРИЖДЫ отмененную) попотрошил на 3 выпуска графоманских "детей ра" подло-кошерных кусочков из "АДЫ", и вякает, что я ему "доверил" и антологию."

Комментарий:

Кузьма, я вынужден тебе ответить.
  1. Киллеров ждем. Приготовились дать отпор.
  2. Доверенность на печатание поэмы и Антологии есть в письменном виде, написанная твоей рукой. Существует также, видеопленка и аудиокассета… Журналы передал для тебя через Б.И. Тайгина (знаешь такого?) в Питере еще в мае.
  3. Ты обещал продать находящиеся в твоей коллекции картины Шемякина и найти 2 тысячи баксов за печатание поэмы. И не дал ни рубля. Как всегда, обманул.
  4. То, что ты последняя неблагодарная мразь и нечисть, у меня больше сомнений нет. Ты втягиваешь меня в конфликт (тявкаешь как моська на слона) с одной целью — привлечь к себе внимание. Больше ты никак интереса к себе вызвать не можешь. Время твое прошло. Даже если бы ты, ублюдок, дал мне денег, я бы твою поэму полностью не стал бы печатать, потому что на 50% процентов она состоит из порнографии и графоманской чепухи. А ты бы хотел, чтобы я пропагандировал растление? Не дождешься! А то, что в поэме имеет отношение к литературе, я напечатал. Что обещал — сделал. И больше знать тебя не хочу. Не пиши мне. Письма твои я больше читать не буду.
  5. Антология. Я разговаривал со многими питерскими поэтами. Все почему-то вспоминают другого составителя — Гришу Ковалева (слепого), который все стихи знал наизусть. Он и есть подвижник. А ты, похоже, только написал свои тупые комментарии, где начал рыться в грязном белье поэтов. Комментарии эти к поэзии не имеют отношения. Ну, еще ты, наверное, выступил в роли машинистки. Да и то плохо. Многое перепутал.
  6. И, наконец, главное. У меня есть очень много доказательств, что ты — КГБ-шный стукачок. Очень многих пацанов ты сдал. В Нью-Йорке ты был в центре внимания, все к тебе сходили. Тебя и держали как сборщика информации. В одном интервью ты заявил, что разваливал СССР. А кто его еще разваливал? Ельцин. Кого он поставил в преемники? Полковника КГБ. Вот с ними ты и заодно. Постараюсь в ближайшее время кое-какие документы опубликовать. Так что жди и дрожи. И торопи своих киллеров, а то скоро все про тебя узнают полную правду.
  7. В 1992 — 1993 годах в Нью-Йорке ты меня умолял, мразь, чтобы я сказал Лене Довлатовой и Грише Поляку (царство ему небесное!), что ты не виновен в смерти Довлатова. Я сказал, только Лена не поверила. Потому что ты спаивал Сергея. И ты сам мне про это рассказывал, сколько вы с ним выпили.
  8. Твой поезд ушел. Твои сверстники и знакомые — классики. Бродский, Довлатов, Хвостенко, Лимонов… Великие люди и настоящие художники! А ты — никто, ноль! Ты можешь только завистливо рыться в грязном белье, писать порнографию и мешать другим людям работать! И присваивать себе заслуги слепого Гриши Ковалева.
  9. Когда-то у тебя были неплохие стихи. Но ты разменял свои способности на ругань, на пасквили. И от тебя останется только никчемный имидж скандалиста.
  10. За все твои подлянки рано или поздно ты ответишь! Будь ты проклят, гад! Будь ты проклят! Будь ты проклят!
Евгений Степанов





19.05.2004

Вячеслав Куприянов на сайте Стихи.ru опубликовал статью "МИФ ОБ АЙГИ или О ВЕРЛИБРЕ", которая вызвала большой резонанс в литературной общественности.
На взгляд редакции, эта статья не столько об Айги, сколько о самом Куприянове. Автор, как говорится, предстал во всей красе. Его откровенно жалко.
Публикуем с небольшими сокращениями комментарий члена редколлегии журнала "Футурум АРТ" Юрия Милоравы.

Евгений СТЕПАНОВ

 

ПРОСТОЕ И НЕПРИКРЫТОЕ ЗЛО
(ответ на статью В. Куприянова "МИФ ОБ АЙГИ или О ВЕРЛИБРЕ")

Размахнись рука, раззудись плечо.
Писатель написал о коллеге, дав свободу немудреному своему "анти", показав дорогу ненависти. Выражал такое раньше устно, на бумаге же впервые, зато сразу и обильно, значит, прождал долго — до юбилейного года, до семидесятилетия. (В этом году Г.Н. Айги исполняется 70 лет. — Ред.)
Спешу зафиксировать: подобного, столь чудовищного в своей прямолинейности пассажа я не читал давно.
Вячеслав Куприянов создал усердное, скучно-тенденциозное литературоведческое эссе и вместе с тем этакую размашистую статью-бульдозер, огромную, скрупулезно-подробную, страстно-очерняющей густоты, ошельмовывающую, шапкозакидательскую, полную профессорски-витиеватой лжи, дичайших сплетен и до боли знакомой административной геометрии. В любом абзаце, в каждой интонации до арсенала хамства хрущевской
антипастернаковской компании и чистки всего шаг. Тогда был жаркий (жалкий) политический стиль, сейчас простая и неприкрытая злоба.
В корне не соглашается В. Куприянов с данностью, с фактом, что на Западе Геннадий Айги писатель международного значения, один из крупнейших поэтов нашего времени, классик. И негодует. Словно бы мечтает изменить ситуацию.
Я считаю Геннадия Айги своим учителем.
От разбушевавшегося Вячеслава Куприянова досталось не одному мне, но и многим другим таким же "беднягам" с их легкомысленными статьями, исследованиями и монографиями об Айги — Ф.Ф. Ингольду, А. Хузангаю, Л. Робелю, Г. Орагвелидзе, С. Бирюкову, Х. Бьеркегрену, Вл. Новикову, Ю. Серке, П. Франсу. Попутно досталось (это уж и вовсе смешно!) и Казимиру Малевичу с его пресловутыми черными квадратами, притягивающими упорную ненависть непросвещенной части населения, к которой В. Куприянов явно апеллирует. Куприянов беснуется, а картины Малевича все дорожают и дорожают.
В. Куприянов:

"Смысл же Черного квадрата (пафос без логоса) в абсолютном презрении к зрителю, который в любом произведении искусства ничего кроме слепого пятна не находит, в союзниках же здесь лукавый толкователь,
предлагающий увидеть в этом бездну. Айги публикует в стихах Без названия красные квадратики (32), добавляя к этому страницу "О чтении вслух стихотворения без названия."

Но вернемся к Г. Айги.
В. Куприянов, видимо, коллекционировал всю свою творческую жизнь отрицательные цитаты о поэте, здесь их изобилие. Не поскупился и на собственные изречения. Судите сами.

"у Айги метрический стих распадается в аморфное построение, которое я бы не взялся определять как верлибр";
"Советский период закончился, но темный стиль Айги не изменился. Мало того, он сам заговорил о конце своего творчества. Можно это понять";
"сам с собой в собственной копилке";
"Я наивно спрашиваю, чем грандиозен поэт Айги. Журналист объясняет: У него такое французское лобби!";
"Айги не соотносит себя с определенным вероисповеданием, т.е. он оригинальный язычник, создающий своего Бога при помощи своего языка. А затем автора канонизируют айгисты, люди вряд ли религиозные";
"(в этом издательстве мне довелось услышать о перспективах русской поэзии: если лучшего Айги не покупают, зачем тогда другие русские!). Прошло лет десять и снова выходит Айги.";
"он вряд ли со всей апологией языческого авангарда, вопреки утверждению Л. Робеля, вписывается в магистральную линию русской поэзии".

И так далее и так далее, до бесконечности. Ни дать ни взять написано в лучших традициях газетных передовиц славных лет антиимпериалистической пропаганды и борьбы с авангардом.
Вячеслав Куприянов постарался не забыть ничего из биографии Геннадия Айги. Дошло дело до того, что причастных к присуждению Айги крупнейшей поэтической премии — немецкой премии Петрарки — поэта
Збигнева Херберта и главного редактора издательства "Ханзер" Михаэля Крюгера Вячеслав Куприянов пытается уличить в том, что она была присуждена только из участия к Айги, т.к. поэту невозможно было платить гонорар за
ужасно плохо продававшийся в Германии тираж книги (!) Интересно, что по этому поводу думают сами З. Херберт и М. Крюгер?
Вся ситуация вокруг выдвижения Айги на Нобелевскую премию французским Центром сравнительной поэтики, поддержанного десятками выдающихся личностей, среди которых Дмитрий Лихачев, Жак Рубо, Бернар
Дельвай, Чарльз Б. Тиммер, Вольфганг Казак, особо тщательно извращена и представлена в карикатурном виде. Куприяновым вышеуказанным авторам отказано в компетентности?
Не могу не сказать и вот о чем.
В. Куприянов неверно (случайно?) цитирует мои стихи. Вместо "может фиолетовыми" — "даже фиолетовыми" . Изменена и разбивка строк. Или нюансы семантики и графики, звук для сюжетного реалиста В. Куприянова особо много не значат? Или так удобнее критиковать и проще отпускать плоские каламбуры?
Куприяновский прецедент нового Анти-Дюринга, появившийся на сайте Стихи.ру, грустен и безобразен. Нормальное отношение к происшедшему — конечно, это абсолютная бессмыслица.
Естественный комментарий к этому — любовь и восхищение поэзией Геннадия Айги его многочисленных читателей во всем мире.

Юрий МИЛОРАВА





14.1.2004

ДИАГНОЗ: ТРЕГУБОВА

Елена Трегубова, "Байки кремлевского диггера", издательство "Ад Маргинем", 2003.

Журналистка написала книгу. Как бы о кремлевских обитателях. На самом деле о себе самой. Вроде бы ругает всех "мутантов"-начальников, на самом деле занимается самоизбиением. Обвиняет КГБ (ФСБ), а сама действует следующими методами: входит в доверие к людям, а затем рассказывает, какие они нехорошие. И стравливает людей. А тот про тебя то-то сказал, а тот это... Имена при этом называются известные.
Журналистка думает, что она в белом, что можно в говне ковыряться и не испачкаться. Так не бывает. Как не бывает — нигде! — свободных СМИ и хорошей власти. И она, журналистка Трегубова, при всех ее замечательных декларациях свободной никогда не была. Даже если писала про кого-то грязь. Значит, эта грязь была кому-то выгодна. Либо начальнику отдела, либо главному редактору, либо издателю, либо кому-то еще. Девочку поимели, а она даже не заметила. Жалко девочку.

Евгений СТЕПАНОВ





11.12.2003

ВЫБОРЫ И АВАНГАРД

Арьергардное событие должно — потому, что оно арьергардное, — переворачивать временну́ю логику и ставить ушедшее перед настоящим. У всякого, кто сопоставит этот принцип с результатами выборов, возникнет достаточно параллелей, чтобы назвать выборы событием арьергардным. Но более интересно другое: переворачивается не столько время, сколько сам принцип выбирания. Фигуры, интонации и пафос знакомых политиков дрожат, колеблются и расплываются; Зюганов призывает в свидетели своей правоты Явлинского, Шандыбин совершенно исчезает, и больше всех из телевизора говорит совершенно невыразительный Рогозин. Если возможны такие пертурбации, то, глядя назад, думаешь, что и выбора не было, поскольку лишь сам факт выбора наделяет выбираемого узнаваемыми чертами. Эта очевидная истина была доведена 7 декабря до своего предела. В высшей степени арьергардное событие превращается, как ему и положено, в событие авангардное: теперешние избранники настолько узнаваемы, что их едва отличишь друг от друга, и главная партия закономерно являет собой образец торжествующей однородной начальственной никаковости. Гармония содержания и формы: голосование за начальство одинаково дискредитирует и начальство, и голосование. Впрочем, такой сторонний критический взгляд здесь едва ли возможен. "Дискредитирует" можно с тем же успехом заменить на "прославляет".

Никита СИРОТКИН





10.12.2003

ВКУСНЫЕ РЫБЫ АНДРЕЯ МАКАРЕВИЧА

К сожалению, я никогда не ел пищи, приготовленной Андреем Вадимовичем Макаревичем. Наверное, это вкусно. Ну хоть что-то этот энергичный человек должен делать хорошо!
Про стихи, журналистские экзерсисы и другие "таланты" орденоносца Андрея Вадимовича мне писать уже Одна из "50 женщин Андрея Макаревича"приходилось. Теперь несколько впечатлений о его графической выставке "Пятьдесят женщин Андрея Макаревича", которая проходит в Москве, в Манеже. Умеет ли рисовать знаменитый бард? Наверное, умеет. Все-таки закончил Архитектурный институт. Но так умеет рисовать любой подающий надежды ученик изостудии. Что же касается внутреннего содержания работ г-на Макаревича, то его женщины, на мой непросвещенный взгляд, получились на одно лицо — какие-то кривые, косые. Нет ощущения, что Макаревич этих женщин любит. Вот когда он рисует рыб (а на выставке они тоже представлены), чувствуется, что автор это делает с любовью. Рыбы красивые, сочные. Так и просятся на сковородку. Вообще, гастрономический подход в изобразительном искусстве Андрея Вадимовича Макаревича имеет, как говорится, место быть. У него неплохо получаются куры, а если он рисует лису, она все равно смахивает на поросеночка — видимо, автор уже представляет, как будет жарить шашлыки.
Но Макаревич — гений. Гений бизнеса. Я об этом уже тоже писал. Продает все. Даже своих женщин. Вход — 50 рублей. Буклетик — двадцать. А не хочешь — не покупай!

Евгений СТЕПАНОВ





16.11.2003

Передача "Графоман" (телеканал "Культура", 16.11.2003), как всегда, оказалась в своем репертуаре. Ведущий А. Шаталов пригласил в гости прозаика О. Шишкина, который продемонстрировал свою книгу "Битва за Гималаи". Затем прозаик долго и пространно размышлял о судьбе Николая Рериха. Делал он это весьма своеобразно. Практически ни слова не было сказано собственно о творчестве выдающегося художника и мыслителя, но упоенно и взахлеб О. Шишкин пытался доказать, что Рерих был советским шпионом.
Исследования новоявленных культурологов, к сожалению, сводятся в последнее время к поискам жареных (зачастую непроверенных) фактов. Вот и пишут и рассказывают эти "специалисты" о сотрудничестве с властями Горького, гомосексуализме Есенина, шпионской деятельности Рериха. И — ни слова об их творчестве, их страданиях и свершениях.
Впрочем, размышлять о приземленном, конечно, проще. В этом смысле понять А. Шаталова и О. Шишкина можно.

Евгений СТЕПАНОВ